Открыта дверь, он вышел из окна. Хороший, как бы, день. Погода – как обычно... И у него внутри, на первый взгляд – сполна... Трамваи тарахтят по улочкам столичным.
Весенний ветер разметает пух, Несет за шиворот, скажите-ка на милость... Так вот сегодня, из частей, из двух, Одна куда-то в бездну провалилась.
Без разницы: его ли в том вина. Весна в разгаре, отцвели каштаны... А он сегодня вышел из окна, Шел по карнизам и казался странным...
Я, жил, а может мне казалось, Что все настолько хорошо, Что если хуже станет, малость, Во мне останется еще, Твое дыхание, чуть-чуть… Но я так больше не хочу.
Глаза ли зеркало души? Слова ли излучатель правды? Я исписал карандаши, А это – никому не надо. Я приручил хмельного змея… Но я так больше не умею.
Я окунулся в свой театр Нет, не играл, а просто жил. Быть может я не триумфатор? Мне не достичь твоих вершин. А день за днем ходить по краю…? Нет, я и это не сыграю.
Февраль бессмысленно раскис, А хочется в морозе солнца. Меня теченье тянет вниз. С надрывом плыть – не удается… А лишь держаться на плаву? Нет, я так больше не живу.
В шубейке, без шарфика, грудь на изнанку. Хотела бы замуж, а то просто так. В друзьях, хипари, конркультурщики, панки. Прилипнет, бывало, и просто мудак.
Знакомства на пьянках, тусне, в переходе... Оргазмы, маразмы и слезы. Без слов. У многих начертано прямо на морде: Полтинник мне жалко, а так, мол, готов...
Потрепана жизнью? Не верится? Сказки? Да все еще будет, поверь, е-мое! Взглянул в шаловливые острые глазки... Да каждому, как не крути, а – свое.
Поділ – невичерпна і чиста святиня віків, Розкреслений рейсами перших відкритих трамваїв. Об’ємна бруківка у світлі нічних ліхтарів, Духовне зерно України, я вас запевняю!
Хіба він знав, що щось подібне може статись, Що зможе враз, без тями закохатись? Перетворити на життя безликі будні, Відчути драйв, повірити в майбутнє…
За роками
